• EUR  2.4281
  • USD  2.1384
  • RUB (100)  3.2611
Минск  0.6 Погода в Минске

Многие считают белорусскую экономику открытой. С этим можно согласиться, если принять во внимание обстоятельства, при которых экономика открывалась.

Но для этого надо вспомнить, как она закрылась во времена СССР. Еще в апреле 1918 года Совнарком РСФСР принял Декрет «О национализации внешней торговли», который установил, что непосредственное руководство внешней торговлей возлагается на наркомат внешней промышленности и торговли. Тем самым вводилась государственная монополия торговли.

Самостоятельные советские республики, в том числе и БССР, вступая в СССР, подчиняли свою внешнюю торговлю союзному наркомату. Таким образом, наркомат остался единственным коммерсантом Страны Советов.

Введение монополии определялось целями социалистического строительства, которое начиналось с экспроприации частного капитала, с национализации всей экономической деятельности в стране. Введение монополии внешней торговли связывалось с намерениями перейти на плановое ведение народного хозяйства, которое фактически упраздняло рыночные, товарно-денежные отношения. Последние, к слову, тоже контролировало государство.

Одновременно разрабатывались пятилетние и перспективные планы, в соответствии с которыми создавалась генеральная схема развития и размещения производительных сил.

Разумеется, система была настолько рациональной, насколько она удовлетворяла потребностям и целям СССР. Нет смысла останавливаться на потребностях, благодаря которым те или иные фабрики строились в разных республиках. И без того понятно, почему БССР была наречена «сборочным цехом СССР», почему строились нефтепроводы и заводы при практически полном отсутствии нужных для этого ресурсов.

Впрочем, их и не было бы, имей Беларусь государственный суверенитет, но она отказалась в свое время от суверенитета в пользу СССР. А у СССР были и ресурсы, и цели, которые только отчасти совпадали с национальными интересами Беларуси.

Ради них Беларусь тотально закрылась от внешнего мира. Она ничего не покупала, ничего не продавала из произведенной на ее территории продукции: всю торговлю вместо республики осуществлял внешторг СССР. Ее конкретными субъектами были всесоюзные внешнеторговые объединения (ВВО), которые на основании и в пределах их уставов осуществляли экспортные и импортные операции по определенной номенклатуре товаров и услуг, закрепленных за каждым объединением.

Внешнеторговые объединения были самостоятельными хозяйственными организациями, которые пользовались правами юридических лиц. Например, было ВВО «Торгэкспо», которое относилось к Минсельхозмашу и проводило все сделки от имени тракторных заводов, а также предприятий по производству комбайнов, заводов запасных частей и проч.

Понятно, что валютная выручка МТЗ перечислялась в госбанк. Там всегда нуждались в валюте для использования в общегосударственных целях. Предприятия валюты никогда не имели. Импортное оборудование, например, приобретали те же ВВО, заводчане могли получить его по заявкам, которые удовлетворяли в госплане или министерстве.

Что касается внутреннего рынка, то он ограничивался розничной торговлей и «колхозными рынками». Рынка средств производства не было, все распределялось. Перефразируя один из популярных в прошлом лозунг, можно сказать, что все запланированное должно быть произведено, а произведенное – распределено.

В отсутствие рынка трудно было говорить об открытости экономики БССР. Она получала союзные ресурсы по плану, перерабатывала их, получала готовую продукцию и по плану поставляла потребителям.

Цены тоже были плановые, в том числе и цены производства в БССР. Следовательно, и деньги в основном применялись как плановые и учетные документы. Всегда составлялся промфинплан, проводилась подробная калькуляция запланированных расходов и доходов предприятия, заработной платы, фондов общественного потребления.

Ни доходы, ни прибыли, ни рентабельность, ни заработная плата фактически не имели ничего общего с торговлей. Не могло быть такого, чтобы завод сделал трактор, но не продал его колхозу. Ведь колхозу выделяли деньги на приобретение конкретного трактора конкретного производителя, и ему оставалось только перечислить их определенному предприятию.

При этом был порядок и не было анархии, рыночной стихии, которая быстро установила бы настоящую цену продукции, производств и заводов. И все производители считали, что с переходом к рынку они смогут легко получать за свою продукцию больше, чем прежде, а потребители думали: дай нам свободу покупать – мы купили бы куда лучшие тракторы и гораздо дешевле…

Немногие из производителей считали, что производят не очень хорошие вещи, которые ни на что не годны, да и попросту неконкурентоспособны.

В 1987 году попробовали перейти к рыночному управлению экономикой – и сразу случился облом: колхозники отказались покупать гомельские комбайны. Горбачеву пришлось чуть ли не персонально уговаривать председателей все-таки купить комбайны.

Одновременно началась либерализация внешней торговли. Начали с передачи функций ВВО отдельным министерствам, отраслям, крупнейшим предприятиям. Им предоставили права на проведение экспортно-импортных операций. Но мало кто из них использовал эти возможности, поскольку большинство предприятий не умели торговать вообще, а тем более – прибыльно, при этом предоставляя на рынок конкурентоспособную продукцию.

То есть формально госмонополия была упразднена, но, скажем так, вплоть до падения советского правительства в 1991 году около 97% экспортно-импортных операций проводили ВВО.

После этого все правительства и предприятия СНГ получили свободу торговли. Как и всякая свобода, торговля давала колоссальные возможности, преимущественно в будущем, но начала с установления железного порядка на рынке. Всех постсоветских коммерсантов рынок встречал издевательским лозунгом: оставь надежду всякий, сюда входящий. Для того чтобы найти свое место на рынке, им приходилось «до неприличности» снижать свой экспорт, переплачивать за необходимый импорт.

Примечательно, что бывший свой – внутренний, советский рынок, оставшийся в СНГ, – повел себя точно так же, как и мировой, «цивилизованный».

Сейчас нельзя без улыбки вспоминать свои завышенные ожидания и холодный душ, устроенный бывшим советским купцам. В общем, пошли по шерсть, а вернулись стрижеными.

Белорусы не были исключением. Поскольку республика была, по советским меркам, промышленно развитая, то многие начали считать прибыли заранее. Возможно, в это время возникло утверждение, которое в качестве анекдота было повторено уже Лукашенко во время одного из своих выступлений.

После этого прошло много лет, но читаем в недавнем интервью бывшего министра иностранных дел Петра Кравченко: «Мало кто знает, что в союзный бюджет наша республика отчисляла два миллиарда долларов ежегодно. Мы были единственной недотационной республикой».

Этого не могло быть ни физически, ни экономически, ни политически, да просто никак. Откуда могли появиться доллары у БССР, если их у нее никогда не было?

В 1992 году независимая Беларусь получила возможность осуществлять внешнеторговую деятельность. Экспорт составил чуть больше 1 млрд. долларов, импорт – 765 млн. долларов, и все это при замечательном сальдо – плюс 306 млн. долларов. Уже через год объем экспорта сократился до 737 млн., а импорт составил 777 млн. И было получено отрицательное сальдо в размере 40 млн. долларов.

После этого Беларусь стала закрываться от рынка, выстраивая свои экономические отношения с Россией «по-советски». Но не получилось до сих пор. Не только планы реализации (пардон, прогнозы продаж) не выполняются, а вместе с ними падают и объемы производства. Правительство от импортозамещения перешло к ограничению, а теперь объявило натуральную войну импорту.

А в это время импорт сокращается сам по себе, поскольку сокращается экспорт, и в результате падает производство. Причем от сокращения импорта страдает больше всего производство. Среди основных позиций, по которым зафиксировано наибольшее падение, можно назвать поставки нефти, промышленного оборудования, двигателей внутреннего сгорания, комплектующих для сборки тракторов и многие другие факторы производства, которые ограничивают производство едва ли не на всех предприятиях Беларуси.

 См. также: Пузыри и пузырьки
Бюджетное питие и его вредители

Тэги:

, , ,

Прогноз курса рубля на неделю 16-20 сентября

На текущей неделе можно ожидать нового обвала курса доллара на БВФБ, причем довольно существенного, примерно на 2%. Но существует и другая возможность – снижение примерно на 0,5% (если белорусский рубль теперь привязан к российскому). В понедельник 16 сентября возможно небольшое ослабление как доллара, так евро и российского рубля. Прогноз курса доллара на прошедшей неделе не

В скачках курса доллара виноват Евразийский банк развития?

Возможной причиной значительных колебаний курсов иностранных валют на Белорусской валютно-фондовой бирже в последнее время может быть смена маркет-мейкера биржевого валютного рынка: со 2 сентября белорусский Банк Дабрабыт утратил этот статус и им стал Евразийский банк развития. Пока Национальный банк не объяснил, что происходит на рынке РБ, поэтому приходится рассматривать возможные варианты объяснения происходящих событий. Одной

Назначены новые директора ОАО «Планар» и «Гомельстекло»

Рассматривая сегодня, 12 сентября, кадровые вопросы Александр Лукашенко дал согласие на назначение генеральным директором ОАО «Планар» Сергея Авакова, гендиректором ОАО «Гомельстекло» — Петра Максимчикова. Сергей Аваков ранее работал  на посту директора ОАО «КБТЭМ-ОМО», который также входит в холдинг «Планар». Ранее должность гендиректора ОАО «Планар» занимал Геннадий Ковальчук. Петр Максимчиков  поднялся до уровня гендиректора с должности

Беларусь и реформа госпредприятий: зуб болит давно, а пойти к врачу — страшно

Белорусские власти по-прежнему медлят с реформой предприятий госсектора, что сейчас является ключевым вопросом структурных реформ в стране. Не убеждает и, казалось бы, «убийственный» аргумент: реструктуризация госпредприятий (то есть, даже не приватизация, чего власти опасаются больше всего) будет стоить в несколько раз дешевле, чем их господдержка. Международные организации давно пытаются убедить руководство Беларуси, что реформа госсектора

Курс рубля рухнул почти на 4%. Что это было?

Обвал курса белорусского рубля, произошедший в конце августа – начале сентября, скорее всего, вызван действиями Нацбанка и коммерческих банков, решивших ослабить белорусскую валюту в целях поддержки экспорта. Может ли это повториться? Странные вещи происходили в августе-сентябре на Белорусской валютно-фондовой бирже. В первой половине августа на бирже резко выросло предложение валюты, что привело к падению курсов

Налоговая оптимизация и 33 статья Налогового кодекса. Часть 2

Риски нетипичных договоров Вторым основанием для дополнительных начислений налогов является ситуация, когда основной целью совершения хозяйственной операции являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет, возврат суммы налога (сбора). На практике данная ситуация является наиболее интересной и неоднозначной, как с юридической, так и с экономической точки зрения. По сути данная ситуация предполагает, что контролирующие органы в

Какие конъюнктурные шоки опасны для белорусской экономики?

Правительство Беларуси прогнозирует в 2020 году скромный роста ВВП – 2,5% против намеченных 4% в этом году. Но при этом уточняет, что рассчитывает на такой рост «в условиях отсутствия конъюнктурных шоков». Каких шоков белорусской экономике стоит опасаться в первую очередь? Правительство Беларуси на заседании 30 июля одобрило основные макроэкономические показатели на 2020 год. Рост ВВП

Налоговая оптимизация и 33 статья Налогового кодекса. Часть 1

Одной из наиболее существенных новаций налогового законодательства 2019 года стало принятие 33 статьи Налогового кодекса, которой определены новые формы налогового контроля. Так, пунктом 4 статьи 33 определена возможность корректировки налоговой базы и (или) сумма подлежащего уплате налога, если по результатам проверки было выявлено хотя бы одно из трех оснований. Каждое основание характеризует определенную грань работы