• EUR  2.4702
  • USD  2.0035
  • RUB (100)  3.2694
Минск  10.3 Погода в Минске

ОБЫКНОВЕННЫЙ КОММУНИЗМ

На состоявшемся 2-18 декабря 1927 года XV съезде ВКП(б) Сталину и его сторонникам, удалось завершить «идейный и организационный разгром троцкизма». Одним из главных центров дискуссии стала политика партии по крестьянскому вопросу. Троцкий предлагал «перераспределить» государственный бюджет в пользу промышленности за счет деревни.

Можно отметить, что за истекшее после Октября десятилетие вполне сформировался советский политический «новояз» со своим понятийным аппаратом, который, в общем, обслуживался законами формальной логики. Например, до революции кулаками называли крестьян, имевших, по мнению их односельчан, нечистый, нетрудовой доход, — ростовщиков, скупщиков, торговцев. В то время как «правильные крестьяне» считали, что единственным честным источником достатка является тяжелый физический труд, кулак наживал «барыши» на предметах, добытых чужим трудом, он был паразитом общества, имевшим нечистый, нетрудовой доход, в отличие от крестьян, занятых в непосредственном производстве. Выражая отношение крестьян к кулаку, еще Александр Энгельгардт писал: «…настоящий кулак ни земли, ни хозяйства, ни труда не любит, этот любит только деньги… Все у кулака держится не на хозяйстве, не на труде, а на капитале, на который он торгует, который раздает в долг под проценты».

«Смешно было бы надеяться…»

Такой «кулак» оказался находкой для советской социальной пропаганды.

После революции трактовка кулака изменялась в соответствии «с линией партии». Он фактически либо приближался к середняку как отдельное посткапиталистическое явление — класс фермеров, либо его относили к отдельной категории сельской элиты, широко эксплуатирующей наемный труд. Поэтому советская власть поначалу ориентировалась на раскулачивание, после согласилась на сотрудничество с кулаком, а в итоге заявила о необходимости ликвидации кулачества как класса, поскольку «кулак» становился классовым врагом и противником советской власти.

Позже, выступая на пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) в апреле 1929 года Сталин изложил эту схему: «Многие до сих пор не могут объяснить того факта, что кулак давал хлеб в порядке самотека до 1927 года, а после 1927 года он перестал давать хлеб в порядке самотека. Но в этом обстоятельстве нет ничего удивительного. Если раньше кулак был сравнительно слаб, не имел возможности серьезно устроить свое хозяйство, не имел достаточных капиталов для укрепления своего хозяйства, ввиду чего он должен был вывозить все или почти все излишки своего хлебного производства на рынок, то теперь после ряда урожайных годов, когда он успел обустроиться хозяйственно, когда ему удалось накопить необходимые капиталы, — он получил возможность маневрировать на рынке, получил возможность отложить хлеб, эту валюту валют, в резерв для себя, предпочитая вывозить на рынок мясо, овес, ячмень и прочие второстепенные культуры. Смешно было бы надеяться, что можно взять хлеб у кулака добровольно. Вот где корень того сопротивление, которое оказывает теперь кулак политике Советской власти».

Валюта валют — хлеб, а не мясо и прочие «второстепенные культуры» ожесточают советскую власть против кулачества.

Крупный экономист-статистик Владимир Постников четко разделял нравственно-моральную природу кулачества и социально-экономическую сущность зажиточного крестьянства. По его мнению, последние, хоть и пользуются «в значительной мере наемными работниками» и в их деятельности существует ряд «элементов эксплуатации», но «никаких кулацких черт в них нет». Рассуждения Сталина о «маневрах разбогатевшего кулака на рынке» свидетельствует лишь о том (о чем давно писали специалисты), что в сельском хозяйстве идет процесс первоначального накопления капитала.

А отношение к крестьянскому вопросу сводится к тому, что добровольно от кулаков больше получить ничего не может. Если повысить закупочные цены на хлеб, это ударит по индустриализации, если ввести свободные рыночные цены, это усилит капитализм в деревне и поставит под сомнение всю политику советской власти.

Для спасения завоеваний Октября потребовался «великий перелом».

В 1927 году на XV съезде ВКП(б) Троцкий говорил только «о форсированном наступлении на кулачество», о возможности «принудительного займа» у крестьянства, на чем настаивала «левая оппозиция». «Левая» — несвоевременная, ультрареволюционная, по сути разрушительная для политики партии. Сталинцы наскоки троцкистов на съезде отвергли. Например, Молотов, выступая с докладом по вопросу о работе в деревне, говорил: «Предложение о «займе» — прямой срыв всей партии, всей политики нэпа. Поэтому тот, кто теперь предлагает нам эту политику принудительного займа, принудительного изъятия 150-200 млн. пудов хлеба, хотя бы у десяти процентов крестьянских хозяйств, т.е. не только у кулацкого, но и у части середняцкого слоя деревни, то, каким бы добрым пожеланием ни было это предложение проникнуто, — тот враг рабочих и крестьян, тот ведет линию на разрушение Советского государства».

Были лояльные резолюции

В общем, в решения съезда по деревенскому вопросу вошли вполне лояльные резолюции. Смысл их сводился к тому, что чрезмерное повышение налогообложение ударит не столько по кулакам, сколько по всей крестьянской массе. Но зимой 1927-28 года деревня «забастовала», резко сократив хлебопоставки по сравнению с предыдущей кампанией и доведенными плановыми заданиями. В объяснение причин были названы разные обстоятельства, но все сводилось к тому, что кулаки и спекулянты сознательно задерживают продажу хлеба надеясь на повышение цен на него.

В результате на места из центра ушли жесткие директивы по активизации заготовок.

Эта резолюция, которая определяет причины коллективизации и обрекает кулаков на социальное уничтожение, была известна всем. И оправдывалась почти всеми — как так, кулаки не хотят продавать хлеб себе в убыток? Да как они смеют!.. Возмущенные такой очевидной наглостью ЦК ВКП(б) потребовал от партийной власти на местах применить «особые репрессивные меры» в отношении «кулаков и спекулянтов», саботирующих продажу хлеба заготовителям. Правда, специального регламента на этот счет еще не было. Но пропагандистская подготовка началась. В лексиконе цековских директив в мирное время появились термины, знакомые публике по гражданской войне, такие как «фронт» и «крепость».

Отмечу, что вся последующая колхозная история аграрной экономики СССР, сопровождалась такой же агрессивной риторикой.

Государственные амбары остались полупустыми

Обострение вопроса хлебозаготовок началось буквально на второй день после объявления партией курса на форсированную индустриализацию. Крестьяне быстро утратили интерес к поставкам зерна на рынок, к продаже его государственным заготовителям, ибо на вырученные деньги не могли купить промышленные товары. Ведь все материальные ресурсы ускоренным порядком перекачивались на строительство промышленных гигантов, а предприятия, производившие товары народного потребления, оставались без ресурсов. Спустя короткое время на рубеже 1927-28 годов, государственные закрома после закупок хлеба остались полупустыми. Под угрозой голода оказались города, индустриальные новостройки, армия.

13 февраля 1928 года ЦК принял обращение «Ко всем организациям ВКП(б)», в котором подвел итоги заготовительной кампании и поставил задачи на будущее. В констатирующей части сообщалось, что на 1 января 1927 года было заготовлено 428 млн. пудов «зерновых хлебов», а на 1 января 1928 года удалось заготовить только 300 млн. пудов. Дефицит хлеба, таким образом, составил 128 млн. пудов. По этой причине срывается снабжение рабочих районов, растут цены на хлеб в этих районах, отчего падают реальные заработные платы рабочих. Срывается снабжение армии, вызывая недовольство красноармейцев. Срывается снабжение хлебом «льняных и хлопковых районов», где устанавливаются «спекулятивные цены на хлеб», ввиду чего льноводы и хлопководы намереваются сокращать посевы в пользу зерновых. Сокращение производства льна и хлопка угрожает текстильной промышленности.

Недобор хлеба не позволяет создать государственные резервы как для внутренних нужд (на случай урожая), так и нужд экспорта, необходимого для ввоза оборудования и сельскохозяйственных машин.

Хоть правительство отказалось от плана «дауэсизации СССР», но веялки-сеялки приходилось покупать в той же Германии.

Как и замышляли мировые капиталисты.

Первый в истории дефицит

При дефиците хлеба невозможным становится «партийная» политика цен, стабильность цен на хлебопродукты, без которой промышленные товары обесцениваются.

Как всегда возник вопрос: «Что делать?». Во-первых, нужно любыми способами ликвидировать дефицит хлеба в 128 млн. пудов. Для этого принимается исключительная по своему тону и требованиям директива. Чтобы преодолеть кризис, требовалось, мягко говоря, поднять в ружье все партийные организации, указав им, что дело заготовок является делом всей партии. Во-вторых, требовалось обуздать спекуляцию и оздоровить рынок путем удара по спекулянту и спекулянтскими элементами кулачества. Для этого следовало использовать советские законы против спекуляции товарами массового потребления.

Директива указывала и на недостатки в работе заготовительных организаций, которых следовало заставить отказаться от взаимной конкуренции и обязать их проводить советскую политику цен.

Советские законы, вероятно, позволяли различать обычных спекулянтов, спекулянтские элементы кулачества и простых крестьян, желавших продавать хлеб по рыночным ценам (как при нэпе). А как же советские цены, которые вынуждали крестьян подавать хлеб в себе убыток?

Сталин дал ответ на эти вопросы: «… Есть люди, которые думают, что нэп означает не усиление борьбы с капиталистическими элементами, в том числе и с кулачеством, на предмет их преодоление, а прекращение борьбы с кулачеством и другими капиталистическими элементами. Нечего и говорить, что такие люди не имеют ничего общего с ленинизмом, ибо таким людям нет места и не может быть места в нашей партии».

Иными словами, из России нэповской вырастает Россия социалистическая.

… Как оказалось, «заготовки в январе 1928 года вдвое превысили декабрьские заготовки, а февральские темпы демонстрируют дальнейшее повышение».

Командировка в «кулацкую» Сибирь

Тем не менее, кулак с хлебом расставаться не спешит. Или — или! В этой ситуации Сталин предпринимает «служебную», значит почти секретную командировку в «кулацкую» Сибирь. Секретную, потому что о ней не сообщалось в газетах, и почти вся связанная с ней телеграфная переписка была изъята из делопроизводства местных органов. Как и фактическая сторона этого дела, цели и конечные результаты этой поездки, благодаря которой генсеку не только удалось узаконить практику принудительных хлебозаготовок и внести разлад в ряды своих идейных противников, но и осознать, что он может стать единоличным вершителем судеб народа и страны.

Сталин выехал из Москвы 15 января 1928 года спецпоездом и вечером 17 числа прибыл в Новосибирск. Он мог бы сказать встречавшим, что ему «поручено помочь вам в деле выполнения плана хлебозаготовок», ссылаясь на решение политбюро направить в Сибирь Сталина вместо заболевшего Орджоникидзе. Но это бы уравняло генсека с другими товарищами, превратило бы его в обычного «уполномоченного на местах», которые на неопределенный срок переселялись в провинцию, настаивая на выполнении поставленных центром задач, так как они постоянно срывались по срокам и объемам. Особенно, в таком вопросе, как хлебозаготовки и сельское хозяйство вообще. Из истории известно, что продовольственный вопрос был «ахиллесовой пятой» Советского Союза во все времена его существования. Над его решением всегда работали достойные люди, но всякий раз их работа завершалась провалом.

Зачем же ехал Сталин?  Как отмечают специалисты, он, по всей видимости, намеревался «не только организовать давление с целью добиться от крестьян сдачи хлеба, но и посмотреть, как отреагирует на чрезвычайные меры в большинстве своем крестьянская по составу сибирская партийная организация, каков будет отклик в деревне в целом». То есть цель была не столько экономической, сколько политической. Поездка должна была выяснить отношение партийных организаций к предлагаемой им политике, примут они ее или отвергну? Как далеко они пойдут за ним, столкнувшись с сопротивлением крестьянства, когда оно станет ожесточенным?

Окажется, что парторганизации пойдут за Сталиным до конца — массы обретут своего вождя, вождь получит массы.

Единоличная смена курса

Не ответив на этот вопрос, Сталин не мог окончательно преодолеть сопротивление своих оппонентов в партии, не мог стать ГЕНСЕКОМ.

И оказалось, что местные товарищи с этим согласны, они давно ожидают четких указаний Центра на счет заготовок и кулачества. Столкнувшись с трудностями, партийно-советское руководство Сибири, применяя экономические рычаги воздействия на крестьян, не могло обойтись без административных и репрессивных мер. Более того, ожидая приезда Сталина и опасаясь его обвинений в пассивности, Сибкрайком принял секретную директиву, касающуюся наиболее «хлебных» округов. Там предлагалось «выбирать в каждом районе от четырех до десяти явно кулацких хозяйств, враждебных Советской власти, располагающих большими запасами хлеба, составленными в значительной мере путем укрытия объектов обложения, скупки и сдачи в аренду сельскохозяйственных машин, и привлечь их к ответственности как злостных спекулянтов с конфискацией хлеба».

Иными словами, на местах инициатива вызрела и требовала подтверждения и развития.

Сталин ехал в Сибирь уверенный, что сможет обеспечить перелом в хлебозаготовках и тем самым покажет своим соратникам и противникам, как нужно работать, и кто главный в партии. За 17 дней он посетил Новосибирск, Барнаул, Рубцовск, Омск и Красноярск, объехал всю «кулацкую» Сибирь, везде встречал поддержку, одобрял инициативу, но и требовал усилить напор: «У нас прав и власти — сколько хочешь…»  Сталин доказал, что срыв плана хлебозаготовки объясняется просчетами и ЦК партии, и местных организаций, и предложил свои меры для преодоления кризиса.

Но важнее при этом, чтобы все эти люди немедленно приступили к выполнению его указаний. Выход из ситуации он видел в том, чтобы «нажать на это дело по-большевистски». Тех коммунистов, которые, были не способны сделать это, он потребовал исключать из партии и судить по 105 статье Уголовного кодекса: «Я думаю, что основной результат из всех хороших результатов, которые могут последовать за нашими делами, состоит в том, что мы по этой горячке проверяем стойкость и качество наших собственных организаций: и партийных и советских, и кооперативных. Вот тут-то и скажется, кто коммунист на деле, а кто коммунист на словах».

К слову, привлекаемые к ответственности по ст. 105 УК 1922 года совершали уголовное преступление, квалифицируемое как злоупотребление властью. То есть «коммунист на словах» оказывался уголовным преступником.

Что касалось кулаков, то Сталин требовал от сибиряков широко применять к ним ст. 107 УК не только за повышение цен на товары путем их скупки и скрытия, но и за «невыпуск» на рынок, за отказ от продажи собственного хлеба, чего в законе прописано не было. Но оказалось, что сибирские товарищи давно практикуют расширительное толкование этой статьи, основываясь на соображениях развития революционной законности.

Таким образом, используя прежние тайные чекистские операции на хлебном рынке, Сталин фактически легализовал антикулацкую акцию, придав ей внешне законный характер. Тем самым он санкционировал массовое беззаконие и произвол. А коммунисты-законники, таким образом, становились преступниками по ст. 105.

Метаморфоза. Всего лишь месяц спустя после завершения XV съезда ВКП(б) Сталин единолично изменил курс партии в деревне, фактически взяв на вооружение предложения троцкистов, которые им неоднократно и публично отвергались.

Тэги:

,

Комментарии

Прогноз курса рубля на неделю с 18 по 20 апреля

Можно ожидать, что политическая обстановка в мире сохранится напряженной, в связи с чем на торгах Белорусской валютно-фондовой бирже будут происходить значительные колебания курсов валют без какой-либо ярко выраженной тенденции.

Новая реальность для белорусского рубля

Обвал курса белорусского рубля на прошедшей неделе это только начало неприятностей, которые грозят нашей валюте в ближайшем будущем в связи с неблагоприятными событиями в России и в мире.

Декреты № 3 и № 1 возрождают тунеядство в стране

В середине 90-х потерять работу было легко, найти - трудно, а хороший заработок - очень трудно. Вот и приходилось белорусам «крутиться». Отмечу, однако, что формирующаяся новая экономика создавала и новые возможности для людей. Я, например, легко переводил тексты с немецкого языка на русский. Литературно...

Введет ли Украина квоты на поставки белорусских нефтепродуктов?

Беларусь уже скоро может лишиться части валютной выручки из-за ограничения поставок автомобильного топлива на самый высокомаржинальный рынок – украинский, доля которого в общем объеме экспорта отечественных нефтепродуктов составляет около 30%.

Сергей КАМОРНИКОВ: «Более чувствительны к повышению цен на автомобильное топливо приграничные регионы»

Как сказывается повышение цен на моторное топливо в Беларуси на внутреннем спросе и розничных продажах крупнейшего игрока отечественного рынка нефтепродуктов – компании «Белоруснефть» (ее доля на внутреннем рынке светлых нефтепродуктов – около 70%)?

Декреты № 3 и № 1 возрождают тунеядство в стране

В середине 90-х потерять работу было легко, найти - трудно, а хороший заработок - очень трудно. Вот и приходилось белорусам «крутиться». Отмечу, однако, что формирующаяся новая экономика создавала и новые возможности для людей. Я, например, легко переводил тексты с немецкого языка на русский. Литературно...

Новая реальность для белорусского рубля

Обвал курса белорусского рубля на прошедшей неделе это только начало неприятностей, которые грозят нашей валюте в ближайшем будущем в связи с неблагоприятными событиями в России и в мире.

Апогей централизации управления экономикой

В СССР, экономическая база которого возникла на основе тотальной национализации, система управления создавалась и развивалась предельно централизованно,  как «командно-административная система». Закономерно, что после войны все надежды на успех связывались с дальнейшей централизацией управления.